Для смерти полюбил поддельные цвета.Твой белый стан за розовой полянкойИсчез, мелькнул и скрылся навсегда. Звенит над лестницей балкона шаткойСтеклянный вальс мечтательных стрекоз,У радужных оконниц с грустью сладкойВдыхаю мед последних алых роз.
“Дрожит хризантема, грустя…”
Дрожит хризантема, грустяВ своем бледно-розовом сне…Ее чуть коснулась мечта,Мечта о далекой весне. Слетела мечта, и упалБеззвучно один лепесток…И тихо во сне задрожалПечальный нарядный цветок. И дрогнуло сердце в груди,Оно взволновалось слегка,Узнавши печали своиВ агонии нежной цветка.
“Большие липы, шатаясь, пели…”
Большие липы, шатаясь, пели…Мне больно было взглянуть назад…Там осень грелась в моем апреле, —Все та же осень, все тот же сад… Все та же сказка: любовь, измена…Как скучно снова жалеть о ней!Вот здесь когда-то цвели вербены…Ты здесь когда-то была моей… Как звери рвали друг друга тучи…Впивался в сердце холодный дождь…Как жизни крылья ломались сучья…Шепнуло что-то: убит твой вождь… Мой вождь — мечта, но мечта солгала,Мой вождь — надежда, надежды нет;В тот вечер страшный душа не знала,Где цель, где бездна, где тьма, где свет…
